Танки в обороне Одессы

Шестью танками, т.е. одной неполной танковой ротой, располагала Приморская армия к началу обороны Одессы. Но инициатива рабочих и защитников нашего города привели к тому, что в город были доставлены три эшелона неисправных танков.

Их удалось оживить, усилить броней, переделать под установку других моторов. Но защитники на этом не остановились. Они наладили выпуск бронепоездов и своих импровизированных одесских танков, переделанных из тракторов, что позволило к концу обороны сформировать свой отдельный армейский танковый батальон.

В последнее время появились публикации в Интернете и в печати, которые содержат множество ошибок. Это удивительно! Ведь библиография на тему обороны Одессы, если не считать брошюр военной поры, начиналась с книги танкиста Г. Пенежко «На Одесском плацдарме», изданной Одесским областным издательством еще в 1950 году.

Приморская армия своих отдельных танковых подразделений в июле 1941 года не имела. Только в разведывательных батальонах 25-й и 95-й стрелковых дивизий по штату должно было быть по одной танковой роте и одной автоброневой роте. Cколько в этих дивизиях осталось танкеток и бронеавтомобилей после шестинедельного приграничного сражения, пока выяснить не удалось, но какое-то количество в разведбатах имелось. Так, в политдонесении 95-й дивизии от 16 сентября отмечен командир бронемашины 13-го разведбата зам. политрука Воблый, проявивший исключительную храбрость при отражении атак румынской пехоты.

Средствами тяги для 45-миллиметровых противотанковых орудий, имевшихся в стрелковых батальонах, полках и отдельных артдивизионах, являлись легкие полубронированные тягачи типа Т-20 «Комсомолец» со скоростью хода до 47,5 км/час. На шаровой опоре лобового листа его кабины был установлен пулемет ДТ, что позволяло защитникам Одессы повсеместно использовать эти тягачи и в качестве пулеметных танкеток.

Отошедший к Одессе 82-й Тираспольский укрепленный район, имевший 11-тысячный гарнизон, сильно укрепил оборону защитников города в первые самые опасные дни августа своим артполком и тремя пулеметными батальонами, на вооружении которых, кроме 500 станковых пулеметов, было 320 ручных (ДТ — Дегтярев танковый), снятых с ДОТов. Но, кроме танковых пулеметов ДТ, перед войной 82-й ТиУР имел также отдельную танковую роту с 26-ю легкими танками Т-13М. Устаревшие танки МС-1 в 1938 году прошли модернизацию и получили новый индекс. На этих улучшенных танках уже стояла башня с более мошной 45-миллиметровой пушкой и пулеметом, как на танках Т-26. Какова судьба этих танков? Почему их не оказалось в Одессе?

В начале августа в Приморской армии появились свои танки БТ. Их появлению армия обязана случаю. С началом войны главным командованием было принято решение на заводе им. Январского восстания (в народе в ходу было старое название завода — «Пролетарка») развернуть танкоремонтную базу, а сам завод эвакуировать на Урал. В конце июля на ст. Раздельная застрял эшелон с неисправными и подбитыми в боях в Молдавии танками 2-го мехкорпуса. Так как дорога на Вознесенск уже была перерезана противником, то эти танки отправили на «Пролетарку», где к 5 августа из 12 танков БТ-7 удалось отремонтировать и укомплектовать экипажи 6 машин. Командовать этой неполной танковой ротой назначили старшего лейтенанта Г. Пенежко.

Боевые будни танкистов Пенежко начались 6 августа, когда рота получила приказ прибыть в распоряжение командира 95-й стрелковой дивизии. После ночного марша до штаба дивизии в Раздельной танки были направлены на самый крайний правый фланг дивизии в район станции Мигаево, с задачей прикрыть стык с соседней 9-й армией.

Здесь 7 августа танковая рота, прикрываясь полотном железной дороги, вела весь день бой с передовыми частями 72-й немецкой дивизии. Из-за налетов немецкой авиации танкистам приходилось часто менять позиции, передвигаясь с северной окраины станции на южную. В этом бою танкисты не потеряли ни одной машины, лишь несколько танкистов были легко ранены.

Немцы обошли станцию севернее и южнее и продолжили движение на восток. Нашим правофланговым подразделениям угрожало окружение. Нужно было опередить противника. Поэтому в ночь на 8 августа танковая рота с десантом на борту, обойдя занятую немцами Даниловку, со стороны хутора Лозового двинулась в село Желепово. Здесь стоявшая на центральной улице села колонна вражеских автомашин была внезапно атакована нашим отрядом. Десантники и танки заставили румын в панике бежать. Пока полк занимал оборону на участке Желепово — Бараново, танкистам было приказано выдвинуться в направлении с. Жовтневое и установить связь с соседней дивизией.

Совершая ночной марш с 8 на 9 августа, наши танки миновали Гудевичево и Волково, а затем, немного сбившись с маршрута, достигли села Люботаевки, где в темноте столкнулись с передовым танковым отрядом немцев. Наши танкисты первыми открыли огонь и заставили их срочно ретироваться.

Выйдя из села ранним утром 9 августа, танкисты, продвигаясь на север вдоль балки, встретили наших кавалеристов. Это были разведчики из 1-й кавалерийской дивизии, которая была срочно переброшена из Одессы и вела бои на стыке с 9-й армией. Передав разведчикам пленного и сведения о противнике, танковая колонна продолжила движение на север. Так как шоссе Березовка — Каторжино (ныне Червонознаменка) уже находилось в руках противника, то Пенежко принял решение двигаться к Жовтневому восточнее Березовки. Но в районе ж/д разъезда Мариново его встретили моряки и предупредили, что Березовка уже в руках противника. Здесь уже была телефонная связь с командованием в Одессе, и Пенежко получил распоряжение войти в подчинение морского полка. Тут среди других десятков эшелонов, застрявших на ж/д ветке, оказался и эшелон с подбитыми и неисправными танками, но с ними были экипажи. Эти танки были нужны Одессе, и железнодорожники, сделав все от них зависящее, доставили их на ремонтную базу «Пролетарки».

Танки роты Пенежко помогли отбить первые и последующие атаки противника на позиции морских пехотинцев под Мариново, затем на рубеже Сербка — х. Свобода — Черногорка. Чтобы упредить противника, стремящегося зайти в тыл морякам, на опасные участки бросали танковую роту с десантом роты моряков на борту в качестве передового отряда. Этот мобильный отряд в течение трех суток успел занять оборону и отбить атаки передовых отрядов противника до подхода отходящих подразделений морского полка сначала в районе Черногорки, затем Сербки, затем на рубеже ст. Буялык — Каиры, потом на границе Благодатное — Спиридоновка (ныне Першотравневое) — с-з им. Первого мая — коммуна «Заря Труда». Здесь погиб первый танкист, заряжающий танка старшина Дерябин. До 12 августа наши танки помогали морским пехотинцам отражать атаки в районе Булдынки и Свердлово.

После этого танки были переброшены в распоряжение 95-й дивизии, где помогли восстановить положение дивизии на рубеже села Карпово. Здесь был обнаружен третий эшелон с подбитыми и неисправными танками, который через несколько дней при участии бронепоезда «Черноморец» удалось вывезти из зоны боев.

Затем танки перебрасываются в распоряжение командира Чапаевской дивизии, где они помогли отбить село Мангейм (ныне Каменка). 17 августа танки участвуют в бою под Беляевкой, а в ночь на 18 августа вместе с Пугачевским полком — в ночной атаке, где показали все свои возможности. В этом бою было захвачено много пленных, но три танка были потеряны. Позже в бою под Каменкой были подбиты еще три танка, но потери были быстро восполнены за счет отремонтированных танков. Вскоре ремонтная база на «Пролетарке» стала восстанавливать по два танка ежедневно.

К концу обороны было отремонтировано 42 танка, некоторые из них по несколько раз.

Вскоре удалось укомплектовать танками БТ-7 полную роту (10 машин) и приступить с 3 сентября к формированию отдельного армейского танкового батальона.

Модернизации подверглись и танки БТ-5, на них стали устанавливать не только дополнительные броневые экраны, но и, после небольших доработок, моторы танков БТ-7, что позволило укомплектовать 2-ю танковую роту. К 10 сентября батальон был сформирован. На вооружение 3-й роты поступили два первых пулеметных бронетрактора, их производство наладили на заводах города. История этих танков заслуживает отдельной статьи.

22 сентября танковый батальон принимал активное участие в успешном наступлении наших войск в восточном секторе. По два танковых взвода были приданы 716-му и 633-му стрелковым полкам 157-й Кубанской дивизии, а также полку Осипова. 23 сентября танковый парк Приморской армии пополнился танковой ротой 141-го разведбата Кубанской дивизии, имевшей 15 танков БТ-7. Эта танковая рота была включена в состав отдельного танкового батальона Приморской армии.

Массированно, в составе батальона, танки были применены 2 октября во время наступления войск южного сектора под Дальником. Здесь, кроме 35 танков трех рот батальона, в т.ч. и роты бронетракторов, в наступлении участвовала и танковая рота Кубанской дивизии. При появлении такого большого количества советских танков 8-й пулеметный батальон румын в панике бросил позиции и бежал, увлекая за собой и соседний 36-й пулеметный батальон 2-го полка румынской пограничной дивизии. Остановить бежавшие батальоны румынское командование смогло только у села Червоный Расселенец. Наши танки ворвались в Ленинталь и вывезли на прицепе 24 исправных орудия с комплектом снарядов, брошенных румынами.

При обороне Одессы Приморская армия потеряла в боях от 10 до 15 танков. В начале обороны Приморская армия располагала всего двумя взводами танков БТ, а эвакуировала в Севастополь целый батальон трехротного состава, в чем большая заслуга рабочих города, сумевших их восстановить. Только несколько стареньких танков и все бронетракторы, которые прикрывали отход наших войск в порт, пришлось сбросить с пирса в море.

К сожалению, имен погибших танкистов в донесениях

о потерях Приморской армии выявить не удалось, затерялись и их могилы.

Алла и Леонид Суховей


© 2013 Военно-исторический центр «Память и Слава»
Украина, г.Одесса